Рождественская история

Почитать 8 033 0 mam
Рождественская история
Случилось это в прошлом веке. Когда целую декаду первого месяца нового года балду не гоняли, а работали. Что бы наверное "просрать" потом эту страну — но это я так, в рифму многим.
Загруженный раскроенным металлом на Ворошиловоград на паровозный завод, выехал я на ночь глядя. Проскочил Тулу. Смеркалось уже. Мотор урчит, в кабине тепло. Впереди колонна рефрежираторов. Нагоняю, обгоняю, резво так и, чую копчиком что мой Гаврюшка-МАЗ вроде как помереть собрался. Так всегда бывает. Перед смертью машинка прыткой становится. Выскочил я на подъемчик, прижался к обочине. Вылез, прислушиваюсь. Мотор работает, но с каким-то неуловимым, лишним, не присущем ему звуком. В дали светятся огоньки поселения. Решил дотянуть туда, а там уж и разбираться. Доехал. На въезде в поселок дом дорожных мастеров. За забором ихняя техника стоит. Возле дома площадка где встать можно. Встал. Заглушил машину. Проверил масло, масло норма. Сел заводить, а оно — стук, и тишина. Вал коленчатый лопнул. Пока работал, цеплялся какими-то осколками, а завестись уже не смог, компрессия не дала. Дела однако. При не работающем моторе в кабине что на улице, тоже зима. Нужно до утра где-то пережить.
В доме дор. мастера в окне свет горит. Стучу. Открывает мужик, хмельной, в комнате еще один сидит. И видать сидять уже давно, лампочку сквозь перегар и табачный дым еле видно. Ну да мне выбирать не из чего. Хилтонов на трассе еще не было. Рисую им ситуацию
— ехал, сломался, до утра бы, как. . ? А?
— А тебе тут что, гостинница что ли?
— Нет, я конечно понимаю, но что-то ж делать надо?
— Извини. Нет.




Ну нет, так нет. Вышел. А морозец как нынче. Градусов под пятнадцать. Смотрю вдали труба коптит. Значит котельная. Значит тепло. Я туда. Котельная была закрыта на висячий замок. Какая-то проходящая тень указала где живет кочегар. В доме кочегара светит телевизор. Еще не спят. Стучусь. Вышла женщина средних лет. Рассказываю свою неудачу, прошусь до утра пересидеть в кочегарке у тепла
— Ой, вы знаете, а нам запрещено туда посторонних пускать.
Почему-то вспомнился опубликованный давно еще в Комсомолке случай. Солдат возвращался из самоволки. Что бы спрямить путь пошел через речку. Провалился под лед, но вылез. Добежал до деревни и, так и замерз в ней. Никто в дом не пустил. Было это в этой же Тульской области где сейчас заторчал и я.
Но что-то делать нужно. Вышел на трассу. Вдруг кого становлю, из междугородних. Им все равно где спать, кабины просторные вдвоем поместимся. Я и сам как-то одного неудачливого от Белебея почти до Уфы довозил. Перевернулся малый и ехать нету. Но вероятно по причине начавшегося года и перевозки еще не начались. Пустая трасса. Один камазик проскочил, но я один и без машины, вероятно посчитал меня за как пешехода-попутчика и не остановился. А на улице подмораживает. Попрыгал я, попрыгал, делать нечего. Залез в кабину, натянул валенки, шапку на горле завязал, шарфом замотался, в полушубок укутался, в одеяло завернулся как в кокон. И до утра пережил. А утром на автобусе до Тулы, из Тулы домой. За помощью.
Я не обижался тогда. Я и сейчас не обижаюсь. Это была моя работа, мои риски. Но когда говорят за дружбу и братство, то тут меня почему-то улыбает.

Оцените публикацию:

Комментарии: 0
Добавить комментарий
Прокомментировать
VK Odnoklassniki Facebook Yandex
Войти через:
VK Odnoklassniki Facebook Yandex