Это был нокаут...

Почитать 3 866 0 mam
Это был нокаут...
Российские новостройки напоминают мне сказку про Аленький Цветочек. Там тоже было чудище, которое надо поцеловать во все места, чтоб оно превратилось в прекрасного принца. Приятель-риэлтор, который смотрит на жизнь проще, предпочитает другую метафору и сравнивает наши новостройки с поленом. Вот Вам дали полено – можете сделать из него Буратину, можете сделать Папокарлу, а можете сделать скворечник.
Так же и современные квартиры. Они сдаются в замечательном состоянии, прямо-таки провоцирующем у покупателя творческий полет мысли: бетонные стены, проломы в них и стеклопакеты в тех проломах, что смотрят на улицу. Получив такую квартиру, Вы должны отремонтироваться. Качественнно — если у вас есть на это деньги. Или по-простому — если денег нет. По-простому — это значит: бросить на пол ламинат, на стены — обои, на потолок — побелку. Обычно так и происходит, когда в новые квартиры расселяют одиноких и небогатых людей "за пятьдесят" из хрущевок.
Именно так поступил и герой истории, пианист Михаил Иванович, человек небогатый, нервный и впечатлительный. Досталась ему эта злосчастная двухкомнатная квартира в Южном Бутово. На нехитрую отделку ушло несколько недель, и Михаил Иванович посчитал, что нечеловеческие мучения его закончились: перевозка мебели на другой конец Москвы, ремонт и прочие хлопоты сильно расшатали его нервную систему – неудивительно для человека с тонкой душевной организацией. Пианист, сами понимаете, существо чувствительное, ранимое и даже в чем-то надтреснутое. Однако, человек предполагает, а высшие силы располагают.
В случае с Михаилом Ивановичем высшие силы были представлены в виде соседей – весьма состоятельных людей, купивших аж две квартиры – одну слева от него, а вторую – этажом выше. Эти состоятельные господа затеяли масштабный ремонт по индивидуальному проекту – проект, в частности, предусматривал пробитие потолка и сооружение винтовой лестницы во вторую квартиру, полы с подогревом, устройство студии, арки в стене, бильярдной, не говоря уже о мелочах вроде наборных паркетов и выравнивания стен. Делать ремонт были приглашены украинцы – бригада из пяти человек во главе с колоритным Мыколой, двухметровым здоровяком с примечательной круглой лысиной на голове, делавшей его похожим скорее на католического монаха, чем на запорожского казака.
Этот Мыкола приезжал делать ремонт часа в три дня и оставался грохать, штробить и шуметь до самой полуночи, а то и позже. Дня четыре Михаил Иванович, скрипя зубами, терпел грохот, долбежку и непрекращающийся стук, хотя у него начались нервный тик и бессоница. Потом он собрал в кулак всю интеллигентскую волю и в припадке истерической решимости пошел ругаться со строителями. Дюжий Мыкола открыл ему дверь — весь в побелке, как в пудре — и весело рявкнул:
— Чого треба?
— Я требую, чтоб вы немедленно прекратили стучать! С ума сошли? Одиннадцатый час ночи!
— І що? Подивися, скільки тут роботи. Треба пробити стелю, зробити арку, зробити підлогу з підігрівом. А ти кажеш — не стукати!
— Это возмутительно! Я милицию вызову!
— Та що ти брешеш, ну яка міліція?
— Да, милицию! Вы мне мешаете спать. Вы долбите мне прямо по голове. А я — музыкант, я человек нервный!
— Музикант, кажеш? А на чому граєш?
— На рояле!
— Батько, так ти ж щасливчик. Мы тобi один месяц по голове стукаєм, а ты соседям будешь всю жизнь по мозгам довбати!
Этим разговор и кончился. Михаил Иванович, весь трясясь и бормоча, удалился в свою квартиру, а Мыкола вновь принялся за ремонт. Следующую неделю пианист не спал вовсе. Не помогали ни новопассит, ни димедрол, ни затычки в ушах. Даже когда строители уходили, Михаилу Ивановичу все чудилось, что где-то долбят, крушат и скреб@тся. Он стал вздрагивать от каждого шороха, а под конец недели добавилась новая напасть: стоило ему лечь в постель и задремать, как мышцы вдруг сокращались, и его подбрасывало вверх точно невидимой пружиной.



Совершив так за ночь семь-восемь прыжков на диване, Михаил Иванович понял, что сходит с ума. Наутро после той жуткой ночи он отправился к психотерапевту. Врач, окинув пациента профессиональным взглядом (судороги, мешки под глазами, безумный лучистый взгляд), сказал:
— Ууууууууу… Голубчик, на вас страшно смотреть. Давно не спите?
Михаил Иванович излил врачу душу и все подробненько рассказал – про сон, про ад и про ремонт.
— Так… Так… Так… Ясненько. Сестра, укольчик приготовьте… Вам хороший укольчик или государственный? За хороший придется заплатить. Михаил Иванович профинансировал «хороший укольчик», после которого ему действительно стало легко и спокойно, и выслушал рекомендацию эскулапа:
— Вам, дуся, в отпуск надо. Недельки на две уедете в Подмосковье, в санаторий, и будете как огурчик! Массаж, ванны, медсестры-профессионалки – есть брюнетки, блондинки, на любой вкус… За путевку, конечно, придется заплатить. Но… согласитесь, ваше здоровье уже требует жертв!
Михаил Иванович оплатил путевку в больничной кассе и через день уже направлялся в санаторий. Там ему выдали ключи от номера, и неаппетитная тетенька лет пятидесяти пяти повела его на второй этаж:
— Вот ваша комната, Михаил Иванович. Сами видите – балкон, телевизер, ванная с душем, койка. Все как у людей. Ой… Только знаете чего? Так уж совпало, вы не обессудьте… За стенкой недавно пожар был, и мы заказали бригаду ремонтников. Такие милые ребята… Вы не беспокойтесь – они по ночам стучать не будут.
Михаил Иванович от такой новости позеленел и затрясся, но это был еще не нокаут. Нокаут случился спустя полчаса, когда в коридоре он столкнулся с бригадиром рабочих. Это был Мыкола…

Если вам понравилась публикация, ставьте лайк, делитесь этой статьей в соцсетях с друзьями. Поддержите pressa.tv, и мы будем писать больше интересного и познавательного для Вас .

Добавить комментарий
Комментарии: 0
Прокомментировать
VK Odnoklassniki Facebook Yandex
Войти через:
VK Odnoklassniki Facebook Yandex