Гошечка...

7 071 3 pressa.tv logo

Как-то однажды, в середине девяностых, пришла откуда-то, а у дверей на коврике сидит черный котофей. Тощенький, чумазенький, видно, что не домашний любимец. Покормила его, чем было, тут же, у дверей, и отправила восвояси. В следующий раз снова увидела его сидящим у моих дверей. И так несколько раз. Покормлю его и закрываю перед ним дверь. А однажды он успел до закрытия дверей проскользнуть в комнату. Ну, раз зашел, так зашел. Снова покормила его и собралась отправить его за дверь, а он уже свернулся клубочком на стопке газет у двери. Ишь ты, думаю, какой скромный, ну ладно, спи…

Почти всегда, поев, он принимался приводить себя в порядок. Очень тщательно вылизывал шкурку, лапки, долго чистил мордочку и усы. И я его оставила у себя. Но не насовсем. Уходя из дома, однозначно выставляла его за дверь. Но каждый раз, приходя, я видела его, сидящего на коврике у моей двери.

Иногда, поев, он сам уходил. Возвращался с запахом дешевого табака, запыленный и голодный. Оказывается, его настоящие хозяева жили на пятом этаже нашего дома. Семейка была развеселая, пили почти каждый день, курили прямо дома. Но кота, видимо, не кормили.

Я звала его Кот. «Пошли домой, Кот». «Давай, Кот, иди, гуляй. Мне надо по делам». Потом стала подбирать ему имя. Перебирала вслух Васька, Барсик, Мурзик… Он жмурился, молчал. «Тишка»… Тишина… «Гоша» - кот муркнул, открыл глаза, посмотрел на меня. Значит Гоша. Капитоновичем он стал через много лет.

Это был очень умный и очень интеллигентный кот. Он с первого раза понял, где находится его лоток и как его правильно использовать по назначению, ни когда не лазил на стол. Однажды я оставила ему мороженую рыбу на столе. Ход моих мыслей был таков – рыба разморозится, начнет хорошо для кота пахнуть, он запрыгнет на стол и съест ее. Прихожу вечером домой. Рыба на столе. Голодный кот под столом. Положила размороженную рыбу в его миску, съел и ушел спать.



Времена были очень тяжелые. Работы не было. Денег не было от слова «вообще». Я стояла на бирже. Чтобы накормить зверька, ходила утром затемно собирать бутылки. Пробегусь по двум подъездам с большой сумкой, соберу стоявшие на подоконниках бутылки, принесу домой, вымою и спрячу под стол. За неделю набиралось 18-20 бутылок. В субботу относила их на пивзавод, сдавала, получала за них 12-15 рублей. Этих денег хватало на двухсотграммовую пачку куриного фарша. Дома разрезала эту пачку на шесть или на восемь частей и убирала в морозилку.

Каждый день варила котофею кашу из полстакана овсянки или риса с кусочком фарша. И он это ел. Иногда удавалось купить путассу. Удаляла кишки, промывала и вместе с головой отдавала коту.

Даже несмотря на такой скудный рацион Гоша поправился, наел заметные бока. Шкурка залоснилась, стала отливать синевой, хвост стал пушистым. Сидел однажды он, такой толстенький и лоснящийся, у моих дверей и думал о своем, о кошачьем. Соседка увидела его и завистливо заметила: «Если бы я знала, что он станет таким красавцем, я бы его себе взяла». И сглазила.

Однажды он, дико крича на весь подъезд, приполз домой на двух передних лапках – задние волочились на ним, как два дополнительных хвостика. . . Перелом...

Я пришла с ночной смены и вечером надо было снова выходить в ночь. Ветеринарная станция была на горе, на Мысовской. Ходить с ним было некогда, да и денег на лечение не было. До конца смены было несколько дней. Планировала, что после сдачи смены, если котишка к тому времени останется жив, отнесу его к врачу – что скажет. Он все время лежал, но в свой лоток по надобности полз в любом случае, орал от боли но полз. Как я его тогда кормила-поила – не помню, уже прошло много времени с тех пор.

Но когда смену сдали и я пришла домой после ревизии, котишка встретил меня, сидя на своей подстилке. Сидел кривенько, неестественно. Но сидел. Потом начал ходить, покачиваясь из стороны в сторону. На улицу я его уже не выпускала, да и он сам не стремился выйти. Выглянет за дверь, посмотрит в одну сторону, в другую – и домой.

Потом я схоронила маму. У мамы тоже был свой кот. Оставлять его в заброшенной деревне – значить оставить на голодную смерть. Я забрала его с собой в город – засунула в коробку из-под утюга, перевязала веревкой и повезла. Как уживутся в маленькой комнате два некастрированных кота… Но мне совсем было не до этого. Они ужились. И при мне жили достаточно неконфликтно. Но что было в мое отсутствие, могла бы показать фотография клоков шерсти по всему полу, но она не сохранилась.

А Гошечка старел и начал худеть и болеть. Говорят, что коты резко стареют в последний год своей жизни. Я только потом об этом вспомнила. Гоша очень много пил воды, часто просил есть, но все равно становился все худее. Походка у него стала шаткой, он покачивался пока шел от дивана до своей миски. Иногда случалось так, что не мог запрыгнуть на диван. Несколько раз падал, пытаясь запрыгнуть на табурет. И стал почти все время чиститься и мыться, но вид у него с каждый разом становился все плачевней, и дышал он уже с трудом – было такое впечатление, что у него нос заложен.

Наверное он мерз, потому что настойчиво лапкой царапал одеяло, требуя ночью пустить его в тепло. Я сделала ему просторную коробку, положила во внутрь подушку и поставила эту конструкцию у батареи. И оба кота в ней спали.

Когда однажды, в конце июля 2011 года, он начал дико кричать от боли, я схватила его в полотенце и на такси повезла в ветеринарку, благо что к тому времени они уже не стали таткой редкостью. Врач взяла кровь на анализ и сказала, что сахар в крови зашкаливает (цифру я уже не помню). Мой старичок был жуткий диабетик. И, видимо, на этой почве у него развились проблемы с почками. Он пришел ко мне уже взрослым котом и у меня прожил почти пятнадцать лет.

Ветеринар предложила его усыпить. Я подумала, что так будет гуманнее, чем предоставить зверьку умирать мучительно от диких болей. Ветеринар сделала укол. Кот дико закричал и стал вырываться, полез на стенку. Врач поставила второй укол. Кот орал, вырывался. Он всю жизнь был боец и не хотел сдаваться. Я заливалась слезами и готова была сама кричать.

Я похоронила его под деревом в том же полотенце, в котором привезла его в ветеринарку.

Долго переживала его смерть. На работе меня не понимали, крутили пальцем – из-за кота так плакать… Но он был членом моей семьи, мы оба пережили с ним предательство и самое тяжелое время моей и его жизни…

©SolaZoder
+41
Комментарии: 3
  1. М
    М 9 декабря 2019 10:02 +1
    хпн (хроническая почечная недостаточность это к сожалению приговор, максимум год коты живут, первый признак обильное питью и частое хождение в туалет, второй признак похудение
  2. М
    М 9 декабря 2019 10:18 +1
    на конечной терминальной стадии животное испытывает сильные мучения из за отравления организма токсинами, так как почки уже совсем не работают, поэтому вы всё правильно сделали, не укоряйте себя. Сочуствую.
  3. Ред
    Ред 5 января 2020 20:11 0
    Вроде история доброты и дружбы. Но я одно не могу понять - КАК можно было оставить животное с переломанными лапами несколько дней мучиться без помощи? Нельзя было одни сутки не поспать? А если бы это человек был - тоже орать от боли оставила бы?

    Какая-то очень странная гуманность, честно....
Войти через:
VK Odnoklassniki Yandex

«    Январь 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031